Только ей обязан Валентин Сенин своим спасением.

Матеріал опублікований в газеті “Ключи” 17 жовтня 2002 року, №16. 

22 октября Валентин Сенин, работавший механиком по ремонту вычислительной техники завода-совхоза «Таврия», ехал в Херсон в командировку вместе с коллегой, Виктором Вадимовичем Романовским.

Валентин и Виктор жили рядом, созвонились и одновременно вышли на автобусную остановку. Электромашевским автобусом приехали на пристань.

Первый рейс отправлялся в 7.20. Это они знали ещё с вечера от главврача основской поликлиники Зиновия Константиновича Швеца, который тоже собирался в Херсон и просил купить ему билет.

Пассажиры торопились побыстрее спрятаться в салоне от влажного туманного холода. У кассы Валентин увидел Юру Кедровского — мужа родной сестры. Оказалось, зять вместе с другими сотрудниками смешторга тоже ехал в командировку. Договорились встретиться вечером.

Зиновия Константиновича не было. Сдав в кассе билет, Валентин с Виктором зашли в салон последними.

Места не выбирали, сели у входа с правой стороны. Где сидел Юра с ребятами — не видел. Настроение было тогда под стать погоде.

Чтобы не дремать — впереди был час езды — достал из портфеля два номера журнала «Человек и закон» и увлёкся вместе с Виктором криминальным чтивом. Но когда ракета в который раз сбросила скорость, стало ясно, что поездка затянется: туман на реке был непроницаемым.

Когда ракета отошла от львовской пристани, часы показывали ровно восемь. И вдруг, минут через пять-шесть — страшный удар в корпус, треск, скрежет и человеческий крик — всё это было мгновенным.

Валентин, выросший в Днепрянах на берегу реки, всегда нырял с открытыми глазами. Оказавшись под водой, тоже открыл глаза: везде — чёрная муть, рядом — никого. Спустя годы вспоминает: «О том, что кто-то кого-то видел или кто-то кому-то мог помочь, – об этом и речи быть не могло».

Сообразив, что рядом — разбитое окно, он попытался выплыть, но не тут-то было: его что-то держало. Уже потом, анализируя случившееся, догадался: когда занимал место в ракете, расстегнул куртку и, вероятно, поясом зацепился за кресло. И лишь когда упёрся ногами, а потом сильно оттолкнулся, сумел выбраться наружу и тут же, в воде, ударился головой обо что-то металлическое. Мелькнула мысль: всё, конец. И вдруг перед глазами ясно и отчетливо предстало лицо сынишки Андрюши… Снова заметался в поисках выхода. Руками стал ощупывать то, что было над головой. Показалось: что-то страшное, очень скользкое, в ракушках, даже не подумал, что это днище судна…

Какая-то сила развернула Валентина и ему показалось: впереди тёмно-жёлтое пятно. В ту минуту словно открылось второе дыхание. Задыхаясь, поплыл вперёд.

Когда вынырнул, не мог ни кричать, ни плыть дальше. Перевернулся на спину, его начал душить страшный кашель. Оказалось, вынырнул возле самой баржи. Она была высоченной и, казалось, шла прямо на него. Самоходка, действительно, двигалась. Валентин услышал, как строгий голос приказал в мегафон: «Что ты делаешь? Прекрати маневрировать! Под тобой — люди!» Кто-то крикнул: «Ещё один вынырнул!»

Отплыв от баржи, увидел корму ракеты, которая медленно погружалась в воду. Там, на корме, был его сотрудник и попутчик Виктор Романовский. Доплыл до ракеты, с чьей-то помощью забрался наверх. Они с Виктором обнялись, тот заплакал и сказал: «Я не надеялся увидеть тебя живым».

Какой-то человек на маленькой рыбацкой лодке снял обоих с ракеты и отвёз на правый берег.

Неизвестный парень на мотоцикле с коляской доставил их в больницу села Львово.

Валентину помогли позвонить в приёмную «Таврии». Вскоре приехал его лучший друг, Виктор Таран (в прошлом году он погиб в автокатастрофе), забрал их с Романовским.

На третьи сутки представитель судостроительного завода «Коминтерн» вместе с Владимиром Шепелем, сотрудником Новокаховского ГОВД, привезли домой Валентину его портфель, с которым ехал в командировку (с доверенностью на получение материальных ценностей и чековой книжкой), а также 500 рублей.

Несостоявшийся попутчик В. Сенина, Зиновий Швец, опоздал на тот рейс. А потом ровно через неделю Зиновий Константинович возвращался на машине из Херсона. Вдруг водители встречных машин стали ему кричать: «Смотрите, у вас — пожар!» Главврач выпрыгнул, а автомобиль с грузом сгорел. Потом друзья Зиновия Константиновича шутили, мол, он в огне не горит, ни в воде не тонет.

Сейчас Валентин Александрович Сенин всё так же работает в агрофирме «Таврия» старшим мастером контрольно-измерительной аппаратуры и автоматики.

Это была судьба, которая оставила в живых, а не геройство, – говорит о трагедии Валентин.

Недели две он тогда пролежал в постели: болело в груди. Очевидно, ударился о спинку кресла, но в момент гибели ракеты не почувствовал удара.

С тех пор каждый год ездит с сестрой на место гибели «Нептуна», вспоминают Юру, который так и не выплыл, оставшись навечно в реке.

Далі буде

НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

Please enter your comment!
Please enter your name here