Матеріал опублікований в газеті “Ключи” 10 жовтня 2002 року, №15

Першу частину матеріалу можна прочитати за посиланням тут.

В то утро Анатолий Михайлович Некрасов, бывший боевой моряк, капитан второго ранка в отставке, торопился вместе с Григорием Ивановичем Кундиусом, ректором университета марксизма-ленинизма при горкоме партии, также прошедшим Вторую мировую войну, которую закончил подполковником, в обком партии на семинар лекторов-международников. Поездка была привычной: в Херсоне пропагандистов и агитаторов собирали каждый месяц.

В салоне места выбрали впереди. Сели рядом во втором ряду посередине.

Выехали рано, река дымилась густым туманом и отливала свинцовым тусклым блеском. За тонкой обшивкой теплохода шелестела вода, ракета летела вперёд, пробивая упругость воды и воздуха, пахнувшего осенней горечью. Никто не знал, что ехали навстречу своей гибели… Быстрый, одинокий на предрассветной реке, «Нептун» шёл обычным ходом, словно не замечая густого и липкого туманного облака.

«Судя по вибрации корпуса, скорость была не меньше 25-30 км/час», – вспоминает Анатолий Михайлович. И это при том, что видимость — очень плохая, уже на 10 метрах всё терялось в молочно-серой мути. Бывший моряк до сих пор недоумевает: отчего капитан «Нептуна» не подавал специальных сигналов? Как диспетчер пристани мог отправить ракету в рейс?

У села Львово опытный мореход по манёврам теплохода понял, что капитан ракеты потерял ориентировку, уклонился к левому берегу, а потом, увидев землю, резко изменил курс на 90 градусов и тем самым, как потом узнали оставшиеся в живых, подставил левый борт теплоходу «Ильичевск», который шёл снизу. Удар пришёлся в середину корпуса.

Загиблу ракету витягають з води. Світлина з домашнього архіву Валентина Сеніна

Дремотную тишину салона рассекло ударом, на пассажиров обрушилась непреодолимая масса воды, мгновенно сросшаяся с людьми прозрачной стеной.

Кто-то бросился к выходу. Но дверь, деформированная ударом, не открывалась. Многие так и застыли в креслах в мёртвом оцепенении. Людскими судьбами распорядилась стихия.

Мгновенно сориентировавшись, Анатолий Михайлович понял, что в ракету форштевнем (носом) врезалось какое-то судно. Увидел: единственный выход через разбитые окна. Он не ощущал страха, был просто ошеломлен. Выплыл за считанные минуты. Тонущая ракета ещё держалась на плаву. Сразу отяжелела и потянула вниз намокшая куртка, свинцовыми стали ботинки. Сорвал с себя одежду, стянул обувь.

У правого борта увидел тонущую девушку, вытащил её на поверхность за волосы. С борта врезавшегося в них судна сбрасывали спасательные круги и пояса. У молодого человека с лейтенантскими погонами, который оказался неподалёку, было сразу два спасательных средства: круг и пояс. Попросил что-нибудь для девушки.

В это время «Ильичевск» дал передний ход, чтобы вырвать из ракеты форштевень. Анатолий Михайлович оттолкнул девушку, а сам попал под самоходку. Под баржей всплыл и сильно ударился головой о днище. Вместе с ним под теплоходом оказался выплывший из ракеты Григорий Иванович Кундиус. Но он, как предполагает Анатолий Михайлович, поплыл вдоль корпуса, поэтому погиб.

«Ильичевск» дал задний ход, и бывший балтийский моряк вынырнул на поверхность с другой стороны самоходной баржи. Где была земля? Верная, спасительная? В сплошном тумане поплыл не к близкому правому, а к далёкому левому берегу, до которого, как потом понял, было не меньше 150 метров. Наплывала слабость, силы покидали старого моряка, болела и кружилась от удара голова.

Время остановилось. Была только безмерная усталость и таившаяся в воде опасность.

Плыл не спеша на спине, часто отдыхая, мерно работая руками и ногами. С трудом держась на воде, приказывал себе: «Надо плыть!» Думал: «Выжил там, на Балтике, неужели для того, чтобы найти могилу в Днепре?» Он вспомнил октябрь 1941 года и себя, молодого, 25-летнего старшину котельной группы на эскадренном миноносце «Энгельс» Краснознаменного Балтийского флота. В тот роковой для миноносца и его команды день они сопровождали танкер на переходе из Таллинна в Кронштадт. Корабли шли, оставляя пенные дорожки на сине-чёрной воде.

И вдруг раздался глухой рёв взрыва. Из-под танкера взвился столб воды, вверху сине-белый, снизу освещённый красным огнём. Команда миноносца бросилась спасать экипаж танкера. И вновь из толщи воды, под кормой «Энгельса», – страшной силы взрыв. Палуба дрогнула под ногами старшины Некрасова. Вторая мина взорвалась под турбиной. Напор взрывной волны смял тело старшины и швырнул в море. Пришёл в сознание на большой глубине. Сверху, снизу — всюду была вода. Она давила и тянула вниз. Было темно. Не было воздуха. Инстинкт молодого, здорового тела приказал бороться. Собрав силы, сделал рывок, вылетел на поверхность и, задыхаясь, стал хватать воздух.

Вместе со старшиной Тарасовым помог контуженному матросу, который оказался на палубе погибавшего миноносца. Покинув борт, более сорока минут выживали в холодном море, в свинцовой пустыне. Моряков подобрал сторожевой катер и доставил в Кронштадт.

«Из 180 членов экипажа миноносца спаслись только 11 человек. Из 30 пассажиров ракеты — 8», – вспоминает Анатолий Михайлович.

перша шпальта газети з анонсом публікації


Мужество и находчивость старого моряка помогли ему выжить во втором испытании, уже на Днепре, когда судьба через 40 лет вновь решила проверить его на прочность. Его спас рыбак, на которого натолкнулся метров через 50. Он помог забраться в лодку и повёз на правый берег. По пути подобрали двух пассажиров с «Нептуна», кричавших: «Помогите!» Это был старик из Берислава и новокаховчанин, строитель Яков Пасько, ныне уже покойный, у которого в салоне ракеты захлебнулись дочка и трёхлетняя внучка.

На рыбацкой лодке добрались до «Ильичевска» и по шторм-трапу втроём поднялись на верхнюю палубу. Потом спасшихся на шлюпке доставили с теплохода на берег, где под Львово их ждала «скорая помощь» из Новой Каховки. Привезли к горисполкому, и все разошлись по домам.

Недели полторы Анатолий Михайлович прохворал: простудился в холодной воде.

От Херсонского судостроительного завода «Коминтерн» («Нептун» принадлежал этому предприятию) получил компенсацию — 500 рублей. Выступал в областном суде свидетелем на процессе двух капитанов – «Ильичевска» и «Нептуна».В свои 86 лет бывший боевой капитан по-прежнему энергичен, хотя недавно пришлось побывать в больнице — перенёс инфаркт.

Далі буде




НАПИСАТИ ВІДПОВІДЬ

Please enter your comment!
Please enter your name here